Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

А. Г.: Ты понимаешь, это, в принципе, еретическое заявление. В русской традиции подход другой. Бродский об этом писал и говорил: “поэт является орудием языка”. Все делает язык, а ты только являешься медиумом этого языка, и так далее.


А.А.: А “несерьезный”, неподготовленный читатель – и того хуже. Это понятно. Регулярный стих доступней: он как бы прокладывает рельсы для восприятия.


А. Г.: Почему тогда в русской поэзии был долгий провал, непопулярность свободного стиха, и почему больше писали рифмованным, ритмическим стихом? Почему это произошло в русской поэзии? В советское время, в сталинскую эпоху, было даже политически опасно писать верлибром. Вот почему произошел, так сказать, такой длительный период выпадения? И только сейчас некоторые возвращают верлибр или возвращаются к нему, причем, насколько я знаю, за несколькими исключениями, – часто неудачно. Люди или не умеют, или мощной школы нет?


А. Г.: Я поделюсь своим опытом. Когда я работаю с рифмованным стихом, мне может прийти в голову одна строчка, или одна строфа. И эта вот конструкция у меня уже в воздухе, она уже есть. Я знаю ее, я могу не волноваться, я могу ее записать или просто запомнить и потом с ней работать. Со свободным стихом так не получается. Потому что энергетика и есть сама его внутренняя структура. Для верлибра, у меня во всяком случае, обычно должен быть очень сильный энергетический, одномоментный выброс. Лучше всего, сильнее всего получается, когда садишься и, почти не думая, записываешь этот речевой поток. То есть физиология – разная.


Сейчас верлибром много пишут, особенно молодые, но серьезных результатов почти нет: чаще у них выходит, по Пушкину, именно что “плохая проза” – под видом “новой искренности”. Эдакая регистрация чего ни попадя, вроде песен акына.


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4