Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

В определенном смысле писать верлибром сложнее. Традиционные стихи прокладывают “рельсы” не только читателю, но и автору: сама работа с размером, подбор рифмы часто ему подсказывают – это своеобразный “brain storm”, где стимулом оказываются размер и рифма, они “сами” порождают новые образные ходы, которых изначально в голове не было. Думаю, когда Бродский говорил, что “пишущий стихотворение пишет его потому, что язык ему продсказывает или просто диктует следующую строчку” и что “поэт... порой оказывается очень удивлен тем, что получилось, ибо часто получается лучше, чем он предполагал, часто мысль его заходит дальше, чем он расчитывал”, – он описывал именно этот вот процесс. И, боюсь, принимал за “диктат языка” – “диктат” силлаботоники.


Дело в том, что в метрическом стихе возможны пять видов аномалий. Три из них — синкопа (переакцентуация), гипертесис (внесхемный ударенный слог) и гиперарсис (внесхемный безударный слог) — приводят только к усложнению метра, так как объем стопы остается прежним.


Если вы заметили, мной ничего не было сказано о поэтике свободного стиха. Свободный стих полностью подвластен общей поэтике. Поэты, пишущие свободным стихом, в силу своих личностных особенностей признают и используют лишь определенные образные средства, создавая свой неповторимый стиль. Эта область требует крайне корректного подхода: любые попытки выдать чей-либо личный творческий опыт за непременные черты поэтики свободного стиха порочны и должны быть осуждены. Кроме того, на данном этапе я бы воздержался от закрепления за свободным стихом каких-либо жанровых особенностей. Умозрительно выяснить этот вопрос пока не представляется возможным. Хотя, как мне представляется, у каждого рода стиха есть свой жанровый ареал.


Давайте сначала выясним влияние рифмы на механизм создания конвенционального стихотворения, сославшись, например, на свидетельство Маяковского, имеющееся в его статье «Как делать стихи?». Дело обстоит так: на общем психологическом фоне, порождающем определенный ритм (чаще всего метрический), появляются отдельные слова (иногда ситуативно обусловленные, иногда ситуативно не обусловленные); некоторые из этих слов, поставленные в конце метрической строки, по конвенции воспринимаются пишущим как часть рифмопары; затем рифмуемое слово, исключительно благодаря своей звуковой оболочке, порождает целую кассу приблизительных омонимов, претендующих на то, чтобы стать членом рифмопары; и, наконец, в рамках общего замысла происходит отбор порожденных словами-претендентами ассоциаций-смыслов.


А. А.: Всякий поэт рождается – если рождается – в тот момент, когда находит адекватную себе форму. Потому что искусство всегда связано с формой: оно предлагает форму мировосприятия. Я, естественно, как и все, начинал с регулярных стихов – силлаботонических, иногда тонических. Их даже печатали где-то. В какой-то момент я забуксовал. Я обнаружил, что то, что мне необходимо выразить – ну вот та самая несловесная, образная субстанция, которая в голове, – безнадежно деформируется при втискивании в регулярный стих. Ведь смысл поэтического мастерства – это найти такой состав слов, который, в идеале, позволит читающему воспроизвести в себе то зыблющееся облако ощущений, которое ты хотел передать. Вот чего я добивался. И увидел, что как только какие-то слова меняются на иные, или порядок их меняется – а это обычная вещь при работе с регулярным стихом, – что-то в этой чувственной картине пропадает, а другое, чего я не хотел, наоборот появляется...


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4
.В одном из постов мы говорили о похудении с помощью раздельного питания (раздельного.. Она вполне себе сочетается с углеводами и на пути к стройности станет достойной заменой мясу. С чем же есть крупы, макароны и картофель, — спросите вы. С овощами – сырыми и тушеными, с грибами, соусами, подливами, рыбой, или просто так.