Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

Очевидно, что когда нам попадаются стихи в форме прозы - подкорку начинает неизбежно клинить. И если бы в качестве ОС у нас там стояло какое-нибудь детище Майкрософта, я бы сейчас тут ничего этого уже не писал. Но разработчик у нас был, к счастью, другой, и поэтому мы можем, не торопясь, рассмотреть, что именно происходит в нашей голове.


А. Г.: Я поделюсь своим опытом. Когда я работаю с рифмованным стихом, мне может прийти в голову одна строчка, или одна строфа. И эта вот конструкция у меня уже в воздухе, она уже есть. Я знаю ее, я могу не волноваться, я могу ее записать или просто запомнить и потом с ней работать. Со свободным стихом так не получается. Потому что энергетика и есть сама его внутренняя структура. Для верлибра, у меня во всяком случае, обычно должен быть очень сильный энергетический, одномоментный выброс. Лучше всего, сильнее всего получается, когда садишься и, почти не думая, записываешь этот речевой поток. То есть физиология – разная.


Поставим эксперимент на собственном мозге.


В определенном смысле писать верлибром сложнее. Традиционные стихи прокладывают “рельсы” не только читателю, но и автору: сама работа с размером, подбор рифмы часто ему подсказывают – это своеобразный “brain storm”, где стимулом оказываются размер и рифма, они “сами” порождают новые образные ходы, которых изначально в голове не было. Думаю, когда Бродский говорил, что “пишущий стихотворение пишет его потому, что язык ему продсказывает или просто диктует следующую строчку” и что “поэт... порой оказывается очень удивлен тем, что получилось, ибо часто получается лучше, чем он предполагал, часто мысль его заходит дальше, чем он расчитывал”, – он описывал именно этот вот процесс. И, боюсь, принимал за “диктат языка” – “диктат” силлаботоники.


Проверка на собственном мозге.


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4


Печать на пленке с резкой срочная Печать.