Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

Таким образом, смысл стихотворения в громадной степени зависит от рифмопорождающих способностей пишущего, то есть рифма выступает в качестве стимулятора и регулятора ассоциативного мышления (так называемое рифменное мышление). Оттого-то и любят конвенциональные поэты называть процесс своего творчества «колдовством», «шаманством», «волшебством», «наитием» и т. п. Оттого-то и возможна абстрактная заготовка рифм, как семян, из которых в будущем прорастет содержание.


А. Г.: Почему тогда в русской поэзии был долгий провал, непопулярность свободного стиха, и почему больше писали рифмованным, ритмическим стихом? Почему это произошло в русской поэзии? В советское время, в сталинскую эпоху, было даже политически опасно писать верлибром. Вот почему произошел, так сказать, такой длительный период выпадения? И только сейчас некоторые возвращают верлибр или возвращаются к нему, причем, насколько я знаю, за несколькими исключениями, – часто неудачно. Люди или не умеют, или мощной школы нет?


Очевидно, строгий и точный размер был нужен ему для того, чтобы выделить в потоке современного, грубоватого, подчас озорного просторечья торжественные строчки, обращенные к будущему.
В этом сочетании вольного стиха с правильным стихотворным размером есть своя новизна. Маяковский и тут остается новатором.


Это совершенно не избавляет нас от необходимости просвещать. Часто заходишь на какое-то стихотворение, пишешь «плохо», а к тебе с претензиями – мол, настоящих чувств не понял, плачущей душе не протянул «дарительный перст». Не знали о таком персте? Вычитал в одном шедевре. Прямо здесь, на стихире.


И если вы после этого всё-таки решили писать стихи непременно в форме прозы - будьте же бдительны и прозорливы!

Андрей Грицман (ИНТЕРПОЭЗИЯ): Поговорим о верлибре и о свободном стихе в русской поэзии.


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4