Что-то новое в журнале
Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

Давайте сначала выясним влияние рифмы на механизм создания конвенционального стихотворения, сославшись, например, на свидетельство Маяковского, имеющееся в его статье «Как делать стихи?». Дело обстоит так: на общем психологическом фоне, порождающем определенный ритм (чаще всего метрический), появляются отдельные слова (иногда ситуативно обусловленные, иногда ситуативно не обусловленные); некоторые из этих слов, поставленные в конце метрической строки, по конвенции воспринимаются пишущим как часть рифмопары; затем рифмуемое слово, исключительно благодаря своей звуковой оболочке, порождает целую кассу приблизительных омонимов, претендующих на то, чтобы стать членом рифмопары; и, наконец, в рамках общего замысла происходит отбор порожденных словами-претендентами ассоциаций-смыслов.


"Освобождение" стиха доходит иной раз даже до отказа от знаков препинания, как это принято в телеграммах.
Это, конечно, смело, экономно и может сильно обрадовать учеников третьего-четвертого класса.
Только одно непонятно: зачем упразднять эти маленькие, честно поработавшие значки, когда во всей организованной, членораздельной и музыкальной речи они все равно присутствуют, ставь их или не ставь.


А. Г.: У тебя есть классический пример – “Корабль дураков”. Это – длинная вещь, которая включает в себя прием репортажа, псевдорепортаж. Ну, например, как у Слуцкого. Там есть “каталогизация”. В то же время в других вещах ты используешь прием фрагмента. Например, “Сага о Колымской трассе”: “километровые столбы с номерами на бушлатах”. Или:


Верлибр должен занимать свою нишу. Его гипертрофия во французской, американской и некоторых других поэзиях, хотя и по несколько разным причинам, отчасти связана со свойствами языка, от которых регулярный стих вдвойне зависим. Представь, что все русские стихи были бы написаны только мужскими рифмами – а ведь именно так обстоит дело с французскими, где ударение всегда на последний слог. А теперь вообрази, что все они написаны исключительно женской рифмой, как польские – там ударение на предпоследнем слоге. Дальше. Жесткий порядок слов в английском заметно ограничивает естественность и гибкость поэтической речи, а их обычная краткость затрудняет использование более длинных, чем двустопные, размеров. Ну и т.д.


А. А.: Я знаю, многие пишут верлибры именно так – это своего рода медитация. Но, честно сказать, они редко удаются. Поэзия, на мой взгляд, вообще требует скорее предельной концентрации чувства, чем самозабвения. И такой самозапущенный механизм чаще порождает под видом стихов довольно однообразные тексты. Впрочем, каждый ведь пишет по-своему...


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4