Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

Никакой поэт не служка и не “орудие” языка. Язык – его инструмент и материал. И верлибр, обходящийся без многих вторичных признаков поэтической речи, как раз потому возможен, что поэзия следует законам, лежащим глубже законов языка. Другое дело, что при любой работе и к свойствам материала и к инструменту прилаживаешься.


У Диккенса в романе "Наш общий друг" великолепно изображены разбогатевшие выскочки, так называемые "нувориши".
У этих новоиспеченных богачей все новое: новая мебель, новые друзья, новая прислуга, новое серебро, новая карета, новая сбруя, новые лошади, новые картины...
Да и сами-то они с иголочки новые.


Вспомним многие из "Песен западных славян" Пушкина, его же "Песни о Стеньке Разине", "Сказку о попе и работнике его Балде", сказку "Из-под утренней белой зорюшки", вспомним лермонтовскую "Песню про купца Калашникова", "Ночную фиалку" Блока.


Эта книга, по-моему, должна бы выйти в Большой серии «Библиотеки поэта», где уже есть прецедент издания антологии по ритмологическому признаку, - я имею в виду «Русскую силлабическую поэзию XVII-XVIII вв.», вышедшую в 1970 году и сразу же ставшую библиографической редкостью. Издание антологии классического свободного стиха развеяло бы миф о том, что у русского свободного стиха нет традиции.


А. Г.: Давай вернемся к истокам, к конкретной теме разговора. Я думаю, что я назову его “Свободный разговор о свободном стихе”. Когда появился в русской поэзии верлибр и откуда он появился? Русской поэзии свойственно ритмическое, силлаботоническое стихосложение...


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4