Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

А. А.: Я тоже люблю это стихотворение, но его остальные стихи – гениальны, а это – просто хорошее. Хотя там есть потрясающие места... Не в этом дело! Для него это был случай, поэтики – не создано. Первый, кто создал – и гениальную – Хлебников. А если брать советские времена... У нас писали верлибром довольно многие: Самойлов, Солоухин, Левитанский, Вознесенский (официально признанным традиционным поэтам иногда позволяли побаловаться верлибром), но все это тоже спорадически. Вот Винокуров, я уже упомянул, свою поэтику в этой технике создал. Но это им дозволялось, так сказать, “между ямбов”.


Его убийца хладнокровно
Навел удар... спасенья нет:
Пустое сердце бьется ровно, -
В руке не дрогнул пистолет.


Вообще, отдельных ярких верлибров довольно много. Но серьезных сложившихся поэтов – со своей поэтикой – наперечет. Впрочем, то же ведь и в традиционных стихах. Соотношение тут примерно одинаковое, но последовательно работающих в технике свободного стиха профессиональных поэтов (я не говорю про дилетантов, там иная статистика) приметно меньше. Да и история у русского верлибра, как мы уже говорили, куда короче. И такого крупного и всеобъемлющего явления, каким, например, был Уитмен в американской или Аполлинер во французской, в ней нет. Это может быть делом будущего. Хотя предсказать, каким будет следующий великий, – нельзя. Вот, Бродский наш последний по времени великий поэт, не так ли? А кто окажется следующим, и будет ли он писать акцентным стихом, ямбом, гекзаметром или верлибром – я предсказать не берусь. А если бы это можно было угадать, то было б неинтересно.

По всем пунктам данной проблемы существует изрядное количество предрассудков и мифов. Попробую кое-что прояснить. Поиски места свободного стиха в системе русского стихосложения привели меня к идее всеобщего обследования ритмологических признаков стиха и их последующей графической записи. В итоге получилась вышеприведенная таблица «Ритмологическая характеристика текста, состоящего из двух авторских строк (стихи)». Становится ясно, что свободный стих — это дисрифменный дисстопный стих. Справа он граничит с рифменным дисстопным стихом своего же класса, а снизу с «дольником» или, в моей номинации, с нерифмованными стихами межкласса полистопных стихов.


Я не читаю чужих писем. Но в данной ситуации, когда мне тыкают ими в нос - я хочу спросить автора - на что вы тратите три минуты моей жизни? На свои чувства? Я не согласен. Верните их назад.


Давайте сначала выясним влияние рифмы на механизм создания конвенционального стихотворения, сославшись, например, на свидетельство Маяковского, имеющееся в его статье «Как делать стихи?». Дело обстоит так: на общем психологическом фоне, порождающем определенный ритм (чаще всего метрический), появляются отдельные слова (иногда ситуативно обусловленные, иногда ситуативно не обусловленные); некоторые из этих слов, поставленные в конце метрической строки, по конвенции воспринимаются пишущим как часть рифмопары; затем рифмуемое слово, исключительно благодаря своей звуковой оболочке, порождает целую кассу приблизительных омонимов, претендующих на то, чтобы стать членом рифмопары; и, наконец, в рамках общего замысла происходит отбор порожденных словами-претендентами ассоциаций-смыслов.