Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

А. А.: Я знаю, многие пишут верлибры именно так – это своего рода медитация. Но, честно сказать, они редко удаются. Поэзия, на мой взгляд, вообще требует скорее предельной концентрации чувства, чем самозабвения. И такой самозапущенный механизм чаще порождает под видом стихов довольно однообразные тексты. Впрочем, каждый ведь пишет по-своему...


А. Г.: Но и сейчас свободный стих русский читатель (я говорю о серьезном читателе), воспринимает хуже, чем равного качества регулярные стихи.


Алексей Алехин: В современном понимании это абсолютно одно и то же. Белый стих – другое, русский вольный стих – третье... Но это все теория.


Во-вторых, наличие рифмопары облегчает запоминаемость стихотворения (мнемоническое свойство рифмы). Некоторые исследователи считают данное явление тоже положительным (А. Коваленков). По моему, все обстоит как раз наоборот. Запоминаемоеть рифменного стихотворения приводит к его амортизации. Живя в подсознании, оно возникает кстати и некстати, забалтывается, психологически стареет, утрачивает новизну и остроту.


В строгой метрике дантовских терцин, в стихотворных размерах Петрарки, Шекспира, Гете, Пушкина многие поколения поэтов еще будут открывать глубокие, неразгаданные тайны. В этих размерах они найдут многоступенчатую голосовую лестницу, которая соответствует многообразию чувств, пережитых поэтами, народом, человечеством.
Значит ли это, что стихотворная форма должна оставаться незыблемой, закостеневшей, скованной раз навсегда установленными канонами?