Что-то новое в журнале
Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

Другое дело, что верлибр у нас должен стать, да уже и стал отчасти, привычным – не экспериментом, а просто поэтической техникой в ряду других. То есть когда новизна и открытие, без которых поэзия немыслима, заключаются не в том, что поэт N не рифмует и не выдерживает метр, а в том, как он мыслит, чувствует и сопрягает образы. Иными словами, чтобы читающий человек не обращал внимания, что перед ним – верлибр, как не обращает, если только это не специалист-стиховед, написано ли привлекшее его стихотворение хореем или ямбом.


А. А.: Я тоже люблю это стихотворение, но его остальные стихи – гениальны, а это – просто хорошее. Хотя там есть потрясающие места... Не в этом дело! Для него это был случай, поэтики – не создано. Первый, кто создал – и гениальную – Хлебников. А если брать советские времена... У нас писали верлибром довольно многие: Самойлов, Солоухин, Левитанский, Вознесенский (официально признанным традиционным поэтам иногда позволяли побаловаться верлибром), но все это тоже спорадически. Вот Винокуров, я уже упомянул, свою поэтику в этой технике создал. Но это им дозволялось, так сказать, “между ямбов”.


Исходя из уже названных пунктов соглашения, конвенциональный стих бывает трех видов: рифмованный дисметрический, дисрифменный метрический и рифмованный метрический. Последний вид стиха диаметрально противоположен свободному стиху.


Ну а верлибрист в этом смысле – один на один с миром. По-моему, весьма точно всю эту механику выразил пишущий и верлибром, и силлаботоникой литовский поэт Айдас Марченас, беседа с которым печаталась в прошлом году в “Арионе”. “В силлаботонической поэтике, – говорит он, – мысль следует за наитием, иными словами, уже в процессе писания Бог может послать тебе мысль, а в верлибре – наоборот – в процессе мышления Бог тебе ниспосылает форму”. Это очень точное наблюдение.


Ну а верлибрист в этом смысле – один на один с миром. По-моему, весьма точно всю эту механику выразил пишущий и верлибром, и силлаботоникой литовский поэт Айдас Марченас, беседа с которым печаталась в прошлом году в “Арионе”. “В силлаботонической поэтике, – говорит он, – мысль следует за наитием, иными словами, уже в процессе писания Бог может послать тебе мысль, а в верлибре – наоборот – в процессе мышления Бог тебе ниспосылает форму”. Это очень точное наблюдение.


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4