Благоустройство места зимования ...
Почему фотографии получаются не ...
Что-то новое в журнале

С. Чиковани, «Работа»


Русский язык в этом отношении куда пластичней. Чуть ли не все слова могут меняться местами в предложении. Слова длиннее английских, поэтому трехсложники распространены почти так же, как и ямб с хореем, да и четырехсложники (пеоны) сплошь и рядом удаются. То есть стих весьма вариативен. А если добавить сюда возможность нарочитого “расшатывания” метрического стиха за счет пропуска-добавления внесхемных слогов, как это происходит в получившем в последние годы распространение акцентном стихе, ну, например, у Олеси Николаевой:


А. Г.: Ну, с этим я не согласен. Для меня это – очень важная вещь...


2) Любовная лирика сложна потому, что в стихотворении нельзя говорить о СВОЕЙ любви. Читателю это не интересно. Ну зачем мне знать, что Пупкина любила Соколова, и он ее бросил, или о том, что секс у Воротниковой был лучше секса Задрыпина? Читая любовную лирику, я ищу не этого. Я ищу СЕБЯ. Если вы хоть немного литератор, пишите про МЕНЯ. И тогда, возможно, у вас будут появляться оттенки и полутона. Не надо писать о силе вашего чувства. Напишите, почему мне интересна сила Вашего чувства. Напишите, что я, сидя один дома вечером, во мраке заточения, жду ЕЕ. Или не пишите вообще. Помните – в 90 процентах случаев люди обращаются к любовной лирике ради того, чтобы получить опыт решения проблем. И используют стихи, как учебник.


А. А.: Я знаю, многие пишут верлибры именно так – это своего рода медитация. Но, честно сказать, они редко удаются. Поэзия, на мой взгляд, вообще требует скорее предельной концентрации чувства, чем самозабвения. И такой самозапущенный механизм чаще порождает под видом стихов довольно однообразные тексты. Впрочем, каждый ведь пишет по-своему...


Каша Сальцова
"Природа - это процесс, свидетелем и участником которого я временно являюсь". С. 4